О чем на самом деле говорил главы МИД ФРГ Штайнмайер на немецко-российском форуме

Российские СМИ, комментируя выступление главы МИД ФРГ Штайнмайера на немецко-российском форуме, вырвали фразы из контекста, написав “красивые” статьи о том, что “Германия выступает за снятие санкций против России”.

На самом деле, Штайнмайер, как и любой западный политик, выступил за скорейшую реализацию Минских соглашений, что, естественно, произведет некую “разрядку” в отношениях Запада с Россией и позволит частично снять санкции, но прежде всего, это будет означать окончание российской агрессии на Донбассе. Окончание войны России против Украины на Донбассе – вот настоящий приоритет, о котором говорил глава МИД ФРГ, а ослабление санкций – это последствие прекращения российской агрессии, а не цель.

Кремль умышленно “путает” цели, средства и последствия Минского процесса. На самом деле: цель – это прекращение российской агрессии и восстановление украинского суверенитета на Донбассе, средство – это санкции против России, а последствия выполнения Минских соглашений для России – снятие санкций.

Далее выдержки из выступления Штайнмайера:

“Мы думали, что с окончанием холодной войны эра мира в Европе уже совсем близко. В Парижской хартии страны Европы объявили, что эра конфронтации и раскола окончена. Новая эра демократии, мира и единства была неизбежной.

И в самом деле, и на востоке и на западе в 90-х и 2000-х годах удалось интегрировать мир. Кроме того, как вы помните, 12 лет назад мы обсуждали возможное вступление России в НАТО. Многие, включая меня, возлагали большие надежды на модернизацию России, а также на растущее партнерство в общей европейской концепции безопасности. Кто хочет, может еще раз перечитать речь Путина в 2001 году в немецком Бундестаге, там эти надежды на Россию были четко отображены.

А что сейчас? Сегодня конфронтация очевидна.

Аннексия Крыма и дестабилизация востока Украины стали первым случаем после окончания холодной войны и подписания Заключительного Хельсинкского акта, который нарушил один из основных принципов ОБСЕ (о нерушимости границ) и нарушил суверенитет другого государства…

…Мы должны быть стойкими, когда наши общие принципы нарушаются. Но в то же время мы должны стремиться к снятию напряженности и к диалогу.

Молчание не может быть вариантом! Должны быть дебаты и  должны звучать аргументы тогда, когда есть повод для этого. И в настоящее время есть более чем один такой повод.

Вначале было грубое нарушение международного права аннексией Крыма и дестабилизацией Восточной Украины, мы не можем это ни игнорировать, ни принимать. Но как тогда реагировать?

Было сразу понятно, что признание аннексии исключено. Столь же очевидно было и то, что военное решение конфликта в Украине тоже исключено.

Понимая это, мы нашли третий путь! Альтернатива военным решениям должна была взять верх! Для возможности вести переговоры на всех уровнях, мы остановили свой выбор на политическом и экономическом давлении, и позже оформили это в виде санкций.

Для меня штрафы никогда не являлись “хорошим” выбором. Угроза эскалации санкций и встречных санкций по спирали весьма очевидна.

Санкции не являются самоцелью. И санкции, безусловно, не является средством, чтобы заставить другого партнера встать на колени. Никто не заинтересован в экономическом разрушении России. Это, безусловно, не способствует повышению безопасности в Европе!

Штрафные санкции должны служить стимулом для политического поведения, которое ориентировано на прекращение конфликта.

То есть в нынешней ситуации, на наш взгляд, нужно продолжать оказывать давление, но одновременно использовать механизм санкций разумно, как я уже говорил на прошлой неделе.

Принцип «все или ничего» не приближает нас к нашей цели. До сих пор, по крайней мере, нет. Поэтому мое предложение заключается в том, чтобы включить элемент стимулирования для обеих сторон, то есть, в условиях существенного прогресса должна быть возможность осуществлять постепенное сокращение санкций.

Что раздражает меня лично, дамы и господа, это дебаты в последние недели и месяцы.

Всякий раз, когда речь идет о конфликте в Украине, я, кажется, слышал только один вопрос: “Вы уверены, что санкции будут продлены?”. Не то, чтобы этот вопрос был незаконным, но, кроме того, что я не могу сегодня на него ответить, меня раздражает, что в нем мера нашего успеха неправильно понята!

Эта мера, как многим кажется, заключается в том, чтобы не лгать в глаза и получить продолжение в решении конфликта. Однако, в случае, если мы сохраним единство Европы в вопросе продления санкций.

Я думаю, что эта путаница средств и приводит к непониманию фактической цели, которая заключается в том, чтобы идти к прогрессу в реализации Минских соглашений. А вот вторым шагом является вопрос о том, какой этот прогресс, или его отсутствие, что значимо для санкций!

Какие у нас есть продвижения: ситуация в восточной части Украины остается напряженной. Только в прошлую пятницу был обстрелян патруль СММ ОБСЕ. Беспилотник миссии был сбит и уничтожен. Кроме того, касательно политического процесса, много вопросов остается без ответа. В целом, состояние реализации Минских соглашений, и это должно быть сказано так четко, – неудовлетворительное.

Какие выводы мы делаем? Осознаем ли мы, что ничего не работает?

Я не согласен с теми, кто считает Минские соглашение ошибкой, как не согласен и с теми, кто говорит, что они был правильным, но не смогли быть реализоваными.

Мы недооцениваем то, чем потенциально мог стать это конфликт.

– Кажется, мы уже забыли, как размышляли год назад о том, каким хорошим достижением является отсутствие боевых действий в Мариуполе или сухопутного коридора в Приднестровье.

– Дело в том, что конфликт на востоке Украины проходит достаточно опасно и обуздать ситуацию на Донбассе в целом не было бы возможным без Минска.

– Мы всегда считали, что нарушения соглашения о прекращении огня являются безответственным. Но само соглашение о прекращении огня, к которому мы постепенно вернемся снова, – это результат Минска!

Тем не менее, я не хочу ничего приукрашивать, ситуация в сфере безопасности в целом остается неудовлетворительной. Прогресс в политическом процессе являются неадекватным. Я не скрываю своего разочарования.

Но может быть это причина чтобы скорректировать наши усилия? Даже в моих дискуссиях в Восточной Европе на прошлой неделе возник вопрос о том: почему бы наконец не отказаться от «Минска»? Стороны не хотят этого!

Как будто это был бы какой-то успех в Европе, если бы кто-то, наконец, сказал: “Минск провалился!”.

Но для меня важно как стороны реагируют, когда я спрашиваю: «Вы до сих пор за Минск, или преследуете другие варианты? – Я могу сэкономить много времени и усилий!»

До тех пор, как стороны говорят, что Минские соглашения остаются единственным вариантом, до тех пор я буду идти вперед. Я не могу заглянуть в головы сторон, но я надеюсь, что они серьезны в этом и что они понимают, что мы должны вернуться к общей системе европейской безопасности, и для этого нам нужно решение конфликта в Украине. И для этого решения нам нужны усилия от обеих сторон.

Я должен сказать, что здесь, к сожалению, очень сильная нехватка времени. Два из наиболее важных вопросов, которые будут обсуждаться – это безопасность и закон о местных выборах на Донбассе. Но как только человек покидает политический уровень переговоров, начинаются препятствия и задержки.

Я не буду утомлять вас деталями повседневной жизни переговоров, но, если честно, то компромиссные соглашения во многих переговорах за последние несколько месяцев в лучшем случае видны «под микроскопом».

Некоторые вещи раздражают, многое вызывает разочарование, но эта задача слишком важна и ответственность слишком велика, чтобы позволить эскалацию конфликта. Это бы имело более сильные и более опасные последствия для всей Европы.

Поэтому я, пользуясь присутствием столь большого числа представителей из России, и, возможно, также из Украины, настойчиво требую, наконец, установить курс на скорую реализацию «Минска»!

Украина и прекращение конфликта между Россией и Западом играют решающую роль в определении того, можем ли мы вернуться к общей европейской архитектуре безопасности.

Поэтому мы должны направить наши ресурсы и творческий потенциал на решение конфликта в Украине. В этом никаких уступок не должно быть…

… Обвинение в нарушении международного права аннексией Крыма остается. Критика роли России в конфликте на Донбассе остается. Подобно тому, как остается критика спонсируемого правительством России нелиберального национализма и сужения прав российского гражданского общества.

Мы не понимаем, когда Ганзейский офис в Калининграде классифицируется как иностранный агент. И меня немного ошарашила деятельность российских государственных учреждений, в том числе Министерства иностранных дел и посольств, в деле о девочке Лизе!

Этот список будет расширяться. Эти и другие случаи говорят о том, что нас разделяет в нашем понимании демократии, сотрудничества и партнерства.

И тем не менее, нужно понимать, что Россия и Европа нуждаются друг в друге.

…Переговоры с Россией очень трудны. 12 встреч министров иностранных дел в Нормандском формате пример того. Но все-таки, я по-прежнему придерживается мнения, что, особенно во времена эскалаций, особенно когда еще не ясно, был ли достигнут конец эскалации, прямой контакт остается незаменимым.”

 

Якщо ви знайшли помилку, будь ласка, виділіть фрагмент тексту та натисніть Ctrl+Enter.